«ТЫ ПРИНЕСЛА МНЕ СЕРДЦА НЕЖНОСТЬ…» Памяти Н.В. ЧИЖЕВСКОЙ-ЭНГЕЛЬГАРДТ

Юрий Попов, краевед

10.12.2015

ОБЩАЯ НЕМЕЦКАЯ ГАЗЕТА (КАЗАХСТАН)  DEUTSCHE ALLGEMEINE ZEITUNG

Когда я уходил в безбрежность /НВ_Чижевская_ПОПОВ

По сжигающим пескам пустыни, /

Ты принесла мне сердца нежность, /

И чистые духа святыни. /

Вокруг неистовствовала геенна, /

Огонь опалил ресницы и веки, /

Ты одна – благословенна /

В душе моей – отныне – навеки. /

Изуродованный, ничего не вижу, /

Не слышу и не понимаю, /

Только чувствую: ты ближе и ближе, /

Ты – весь мир мой до самого краю».

 

Эти крайне отчаянно-пронзительные строки написаны в Карлаге НКВД СССР 19 октября 1946 года. Автор – известный ученый, поэт и художник, а тогда заключенный Александр Леонидович Чижевский (1897-1964), ныне получивший признание как создатель космической биологии и космической медицины. Видимо, опасаясь за судьбу любимой, каких-то притеснений со стороны лагерных дознавателей, он в правом верхнем углу выставил три буквы (Н.В.Э.). Впрочем, секрета особого и не было. Александр Леонидович Чижевский встречался с Н.В.Э. – Ниной Вадимовной Энгельгардт (1903-1982) постоянно в самодеятельном клубе при КВЧ – Культурно-воспитательной части Долинского отделения Карлага.
Судьба Нины Вадимовны – пока ещё мало затрагиваемая тема. Род Энгельгардтов – один из древнейших в Европе, известен еще со времен Крестовых походов. Осели в Швейцарии, потом в Лифляндии. Закрепили в России вначале баронское, потом дворянское право.
Из Смоленской ветви Энгельгардтов известны имена энциклопедически значимых деятелей в области военного дела, сельского хозяйства, литературы. Нина Вадимовна, дочь Вадима Платоновича, члена Государственного совета, отца шестерых детей, родилась 30 марта 1903 года в имении Климово. Получила достойное для тех лет образование. Потом наступили «окаянные дни», всяческие притеснения и ссылка на Север в Соловецкий лагерь особого назначения, где выжила благодаря чисто волевой жажде к жизни.
Жители Казахстана подробности 25-летних скитаний Нины Вадимовны по лагерям и ссылкам узнали из карагандинской газеты «Криминальные новости» 8 марта 2000 года.

Крим_Новости_Казахстан

Журналистка В. Брылева поместила зарисовку «Роль длиною в жизнь».

Воспользуюсь ею с некоторыми своими добавлениями.

Нина Вадимовна Энгельгардт была осуждена трижды. Первое постановление Особого совещания от 02.01.1925 по ст. 10-66. По нему она была осуждена на три года с отбыванием срока в Соловецких лагерях. В апреле 1928 года была освобождена и, получив административную высылку «минус шесть» на три года, выехала в Рязань. Освобождена с правом свободного проживания на всей территории СССР.

Второй раз постановлением Особого совещания от 19.04.1940 осуждена на восемь лет, с отбыванием наказания в Карлаге.
В третий раз арестована в декабре 1948 года и в марте 1949 года направлена в Джамбул. В 1950 году по ходатайству ее мужа А.Л.Чижевского переведена для воссоединения с мужем. Освобождена в 1954 году.

Осуждена за шпионаж. Доказательств ее шпионской деятельности не было. Но происхождение! Как было не заподозрить ее в шпионаже, если она была из дворянской семьи. Сестра с 1914 по 1928 г.г. проживала в Париже, брат – в Испании, затем в Германии. Брат Борис — в Эстонии.
С 1928 года связь с ними прервалась.
Была замужем за Гавронским – секретарем Польского посольства (в 1923 году он застрелился, причины неизвестны). Работала во Французском Красном Кресте, потом во Французской нефтяной концессии секретарем-машинисткой. В 1924 году, получив заграничный паспорт, поехала в гости к сестре в Париж. На границе, на станции Себеже, она задержана. Так начались ее мытарства.

А она хотела простого человеческого счастья. Мечтала стать актрисой. Училась в Екатерининском институте до 1918 года, затем два года – в Петроградской консерватории. Работая в ботаническом саду, одновременно училась в театральном училище при Государственном театре им. Пушкина.

Судьба бросала ее из стороны в сторону. Очень пригодились навыки секретаря-машинистки. Была то секретарем, то актрисой. Выступала в передвижном театре, в цыганском хоре в ресторане, в театре «Дома отдыха» в Рязани, в театре рабочей оперы. Одно время работала секретарем в «Молодой гвардии» (1933). Пела в Государственной филармонии в Москве. В 1938 году военно-театральным бюро при РККА была направлена с концертной бригадой на Дальний Восток.
В мае 1935 года Нина Вадимовна вышла замуж за Александра Михайловича Перешкольника. В 1941 году он погиб.
При отбытии срока в Карлаге работала бригадиром культбригады. В апреле 1947 года вышла замуж за заключенного Чижевского. После освобождения осталась в Караганде, так как у мужа срок заканчивался в 1950 году. В Караганде работала в театре оперетты. Представления шли в Каздрамтеатре. Нина Вадимовна рядом снимала квартиру по улице Стахановской, где жила семья преподавателя школы Лавра Ильяшенко.
В 1948 году театр был переведен в Уральск, ей пришлось уехать с театром. Там была осуждена в третий раз. Ссылка на дальний отгон Джамбульской области. Жизнь в юрте в любое время года.
Нина Вадимовна мечтала быть актрисой. Она и была ею. Правда, ей не достались главные роли в театре, но она всю жизнь играла большую и трудную роль. Роль, которая включает все возрасты женщины, роль без дублеров и репетиций, роль без сценария. Она играла саму себя.
В публикации Т.Брулевой дана сжатая, с драматическим оттенком, биография Нины Вадимовны Чижевской. Правда, карагандинские годы – 1951-1958 – не упомянуты.

Уже в Долинке Нина Вадимовна собирала стихотворения Александра Леонидовича, в Караганде печатала их на машинке. Подготовленные так сборники стихов Чижевского впоследствии были переданы Ниной Вадимовной в Архив РАН (ф. 1703, оп.1, ед.хр. 242, 243, 244). С этими источниками работала Людмила Теобальдовна Энгельгардт. Воспользуюсь ее, как составителя, комментариями к сборнику «В науке я прослыл поэтом» (Калуга, 1996, с. 257-258): «Первый источник (ед.хр. 242) представляет собой переплетенные тетрадные листы, в которых стихотворения переписаны аккуратным красивым почерком с правками А.Л.Чижевского. Из подписи, сделанной А.Л.Чижевским на обороте л.3, узнаем: «Переписано Ниной Вадимовной Энгельгардт в Долинском лагере близ Караганды в 1946 году».
Есть еще две надписи ученого в этой тетради, на л.1: «Отобрано 22/II-1950 и возвращено под №24 через две недели после моего письма к И.В. Сталину. А.Чижевский, г. Караганда». На л.2 карандашная надпись: «133 стихотворения».

Два других источника – машинописные тома стихотворений в переплете. Перепечатанные Н.В.Энгельгардт…

В I томе (ед.хр. 243) на с.1 обложки синими чернилами А.Л.Чижевским написано: «А.Л.Чижевский. Стихотворения. Том I (всего 2 части)», карандашом: «1953г.».
Во втором томе (ед.хр. 244) он сделал машинописную подпись: «Том II. В этом томе собраны черновые наброски стихотворений, подлежащие либо обработке и шлифовке, либо уничтожению. Автор…».
Особая роль, которая выпала на долю Нины Вадимовны в ее отношениях с Александром Леонидовичем, требует тщательного и вдумчивого исследования.

В Карагандинском лагере А.Л.Чижевский находился с 22 августа 1945 года по 20 ноября 1948 года.

С 3 июня 1947 года А.Л.Чижевский зачислен художником в художественную мастерскую ширпотреба. Творил под контролем администрации. В его каморку заглядывала Нина Вадимовна, готовила супчик, что привело к нарушению режима. Чижевского перевели в другое место.

Анатолий Макарович Карпенчук, 1922 г.р., после Карлага жил в Караганде. Я встречался с ним в 1992 году. Библиотека медицинского института организовала вечер, посвященный 95-летию А.Л.Чижевского. Вот краткое изложение рассказа Карпенчука: «Я был «придворным артистом» Долинской культбригады при культурно-воспитательной части Карлага. Ставили пьесы, сценарии писал наш автор – заключенный писатель М.Е.Зуев-Ордынец. Выступали в Центральном клубе вольной Долинки, а репетировали в зоне. Поклонники и почитатели искусства из числа заключенных приходили на наши репетиции. Среди них были врачи, художники, литераторы, математики, музыканты. Обязательно был А.Л.Чижевский в компании с писательницей Эстер Паперной, профессором Михаилом Ананьевым, искусствоведом Аркадием Белинковым, врачами Верой Недовесовой, Василием Подзоловым.
Чижевский обычно занимал место в углу репетиционного зала. Его одобрительный взгляд, пожатие руки, теплая улыбка для нас, артистов, были высокой оценкой. Ученый казался мне стариком. Сказывалась разница в возрасте на двадцать с лишним лет. Впечатление добавляла борода и сильно поношенное коричневое пальто. Как заключенный А.Л.Чижевский относился к лечебно-санитарному отделению. Наблюдал за больными, лечение которых шло с использованием ионизатора. Теперь его называют Люстрой Чижевского. Вспоминаю, что ионизатор изготовили в Долинке на литейно-механическом заводе. Главный инженер завода Силантьев и крупный физик Баланский воплотили в металл задумку Чижевского.
Посещая репетиции, Александр Леонидович имел и личный интерес. Он ухаживал за Ниной Вадимовной Перешкольник-Энгельгардт, обладавшей очень красивым контральто. Нина Вадимовна была прекрасной исполнительницей старинных русских и цыганских романсов.
Накануне освобождения Нины Вадимовны в конце 1947 года мы давали концерт в Центральном клубе. Программу построили в таком ключе. Цыганский табор прощается со своей старшей сестрой. Доступными средствами выразили свое уважение к коллеге. Проводы начальству не понравились. Ответственные за концерт получили строгое внушение. Вообще, жизнь Нины Вадимовны достойна всяких похвал. Она вышла на волю. Поселилась в Караганде и стала ожидать Александра Леонидовича. Срок его отсидки в Степлаге заканчивался в январе 1950 года.

В Караганде мне довелось листать личное дело А.Л.Чижевского, номер 1389. Здесь есть отдельные штрихи биографии Нины Вадимовны. 24 июня 1950 года начальник УМГБ Карагандинской области Хамидулин получает из МГБ КазССР письмо. Ссыльная поселенка Н.В.Перешкольник, адрес Жамбульская область, Коктерекский район, село Берлик, ходатайствует о перемещении ее к мужу А.Л.Чижевскому в Караганду. Поддерживает ли руководство УМГБ такой вариант? 14 июля 1950 г. УМГБ информировало Алма-Ату о положительном решении вопроса». Еще в одном документе Н.В.Перешкольник указывает: «Отбыв срок наказания по статье ПШС (подозрение в шпионских связях), я в 1947 году освободилась из Карлага (Долинка). Стала работать актрисой I категории в Карагандинском областном русском театре оперетты. В мае 1948 года театр был переименован в межобластной театр оперетты и перебазирован в г. Уральск.
С театром переехала и я. 2 декабря 1948 года УМГБ Уральской области арестована, в апреле 1949 года направлена на поселение в Жамбульскую область. Мое положение тяжелое, попытки устроиться на работу ни к чему не привели… Прошу разрешения на переезд в Караганду…».
Хотя Нина Вадимовна в различных обращениях называет Александра Леонидовича своим мужем, здесь немного не так. Брак между ними зарегистрирован только после того, как Чижевский разошелся с официальной супругой Татьяной Сергеевной Толстой-Перелецкой. Это уже 1951 год. Супруги поселились в Караганде, улица Ленина, д. 17, квартира 8. Общая площадь 55 кв. метров. Здесь они встретили в 1954 году свою реабилитацию. Рядом находился Карагандинский научно-исследовательский институт (КНИУИ), одно из мест работы А.Л.Чижевского в качестве научного консультанта. В институтском коллективе были немцы из Москвы. Я беседовал с В.Н.Утцем и Э.Г.Краусом. По их воспоминаниям Александр Леонидович Чижевский покорял эрудицией, образованностью и интеллигентностью. Он казался мощной научной глыбой, намного опередившей свое время. На шахте № 38 впервые в СССР были проведены опыты по промышленной аэроионотерапии среди шахтёров.
Альбина Рудольфовна Утц написала 18 февраля 2009 года из Москвы: «Я видела однажды чету Чижевских. Они были в гостях у Вербиных. Александр Леонидович музицировал, был очень немногословен, задумчив, с очень печальными глазами». Видели Чижевского и в здании Музыкальной школы, где отметились знаменитый создатель джаз-оркестра А.А.Варламов (1904-1990), кларнетист С.К.Гинтер, альтист В.А.Вернер.

В феврале 1997 года я был приглашен в Калугу. Состоялись торжества в честь столетия А.Л.Чижевского. В полнейшей тишине было выслушано выступление бывшего директора КНИУИ Георгия Евтихиевича Иванченко. В заключение он заметил: «Александр Леонидович, как я считаю, мог читать мысли близких людей, даже на расстоянии. Однажды спешно зашел в кабинет. «Чувствую, Нине Вадимовне плохо. Отпускайте!» Чижевский успел вовремя. Вызвал врача, и все обошлось».

Нина Вадимовна была неутомимой помощницей мужа. Она хранила библиотеку, набирала на машинке все его книги и статьи, вела обширную переписку. После его смерти сделала все, чтобы его имя не было забыто. Благодаря ее стараниям с 1965 года стали проводиться чтения памяти А.Л.Чижевского. Появились его научные и поэтические публикации, часть рукописей отправила в архив РАН. Картины рассредоточила по разным музеям. Уже в преклонном возрасте в 1980 году провела в Караганде «Выставку акварелей А.Л.Чижевского».
В Карлаге, Степлаге и Караганде за тринадцать лет жизни с 1945 по 1958 год А.Л.Чижевский создал более двухсот работ. Ученые и искусствоведы Республики Казахстан благодаря подвигу Нины Вадимовны имеют возможность пользоваться творческим и научным наследием Александра Леонидовича Чижевского, знаменитого основоположника гелиобиологии с талантом художника.

Примечание. Автор – Почетный член научно-просветительского общества «Гелиос» имени А.Л.Чижевского. Удостоверение № 9, 1997 год.

По материалам http://deutsche-allgemeine-zeitung.de/ru/index.php

DAZ

 

 

Автор:

Похожие записи:

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *